На главную страницу

Поможем найти
Читать онлайн
Новости и новинки
Вопросы, ответы, мнения!

АУДИОКНИГИ
Audiobooks / e-Books
Фантастика
Фэнтези
Детектив
Женский роман
Эротика
Проза
Приключения
Исторические
Психология
Непознанное
Образование
Бизнес
Детская
Юмор
Разное

ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА

Популярные авторы - для чтения

Фантастика
Фэнтези
Триллер
Детектив
Приключения
Женский роман
Исторический роман
Проза
Детская
Юмор

ПОЛЕЗНАЯ ЛИТЕРАТУРА
Учебники/Пособия
Бизнес/Менеджмент
Любовь/Дружба/Секс
Человек и психология
Здоровье и медицина
Эзотерика
Рукоделие
Дом и сад
Кулинарные
История
Другие

- Популярные аудиокниги

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я 

 Читать книги онлайн

Скачать Читать онлайн Сергей Чичин. Отстойник онлайн

22-04-2011 |



Благодарим всех, кто поделился с друзьями этой книгой в социальных сетях!


Читать онлайн Сергей Чичин. Отстойник Читать онлайн Сергей Чичин. Отстойник

ГЛАВА 1


Мой лирический герой — он не лиричен.
Он циничен, мой лирический герой.
Он порочен, неприручен, ироничен,
Я-то добрый сам, а он чего-то злой.

Тимур Шаов

День начался для меня с фон Хендмана, что печально уже само по себе. За ним нужен глаз да глаз. А если он меня будит — значит, какое-то время уже побыл без присмотра. И, уж конечно, успел влипнуть в кучу теплого, липкого и чрезвычайно пахучего — иначе чего будить заслуженного друга? К тому же пробуждать меня иначе, чем пинком, он, похоже, не способен органически. Тоже не предмет для восторгов.
— Вставай, Мейсон! — бубнил фон где-то неподалеку. — Проспал все на свете!
Хм. Проспал все, что он по широте (и, главное, простоте) души учинил. Самое время подняться и принять участие в сборе трендюлей за это… учиненное. Этот чертов псих даже йогурт не может съесть, не поправ при этом все мыслимые моральные устои.
Я открыл глаза. Светло. Поспать я люблю. Уже, значит, день. А фон встает затемно, он тот еще гоблин-чердачник. Итого — времени у него было хоть отбавляй. При его-то сноровке мог успеть нарушить процентов семьдесят федеральных законов. Не знаю, не знаю. Может, и не вставать вовсе? Я казни не просплю.
Мик валял дурака, прыгая по-боксерски посреди комнаты и лупцуя воздух. Называется «бой с тенью». Тени не позавидуешь. Мой друг фон Хендман малость недотягивает в высоту до шести футов и при этом смахивает на гибрид Боло Йенга и калимантанского орангутанга. Ну абсолютно невыносимая в полном контакте личность.
— Сдурел? — уточнил я миролюбиво. — Опять собрался с Болгарией помахаться?
Даже и не спрашивайте. Это у него норма жизни.
— У тебя галстук есть?
У меня-то есть. Я тут живу вообще-то, у меня тут есть все, включая галстук, чайник, компьютер и где-то затерянную подшивку эротических журналов.
Можете себе представить фон Хендмана в пестрых бермудах, пауэрлифтерской майке, белых борцовках и моем бордовом галстуке? Не иначе как решил замаскироваться. Неужели все так плохо?
— А тебе зачем?
— Мне незачем. Это тебе. Пойдем, с кем-то познакомлю.
Так. Этого еще не хватало. Если верить его россказням, так это он, будучи на экскурсии в Белом доме, познакомил дуделя (видимо, игрока на духовом музыкальном инструменте, но не поручусь, что он имел в виду именно это) Билли с секретаршей Моникой. А последний парень, с которым Мик познакомил меня, два дня гонялся за нами с автоматом Калашникова и истошными воплями насчет акбарности их Аллаха. А потом еще неделю успешно прятался от нас, хотя мы ничего особенного и не кричали. В конце концов нашли, и все вопросы таки прояснили, но какова зряшная трата сил?..
— Да пошел бы ты, — на всякий случай проявил я деликатность.
— Не, Мейсон, реально надо.
— Ну и кого же ты отрыл на сей раз? Чучело Тамерлана?
— Дэ-вющ-ка!
Да он совсем «поехал». Тот приснопамятный малый чуть было не прибил нас всего-то из-за пустячного расхождения в вопросах религии. Ну не знал я, что башня-минарет священна! Я вообще думал, что народ, в великом множестве бьющий поклоны на площади, прикалывается таким странным манером. Кабы знал — был бы осмотрительнее в сравнениях… Я вообще-то очень почтительный! Ну вот, а тут девушка. Да из-за нее нас точно укокошат. Вам может показаться, что в наше время из-за женщин дерутся редко. Это потому, что вся мировая норма колотушек достается нам с Миком. Ему, честно говоря, больше. Зато мне обиднее. У меня, очевидно, душевная организация тоньше. Но наверняка длиннее.
— Подробнее!
Мик уязвил воздух коварным апперкотом и изволил призадуматься.
— Ну, — сообщил он вдумчиво, — не Памела Андерсон.
Немного успокоил. Но прибьют нас все равно, будь она хоть трижды НЕ Памела Андерсон. Поверьте, я знаю, я пробовал. Так что я махнул рукой и опять опустил голову на подушку, однако глаз спускать с Мика предусмотрительно не стал.
Фон прекратил прыгать и в мучительных раздумьях ухватил себя за подбородок.
— А помнишь, у тебя была интернетная знакомая, вся из себя русская?
Я аж воздухом поперхнулся.
— Какая из?..
— Ну эта. — Мик произвел серию пальцедвижений, видимо должных обрисовать портрет. — Я еще все никак не мог понять, чего ты в ней…
Убью гада. Ничего святого!
— Ну-у-у?!
— Так вот тоже не она, нет. Пошли, сам посмотришь. Тут недалеко, а с лестницы можно кубарем.
— Она здесь, что ли?
Можете, конечно, смеяться, но я ж только проснулся!
— Я ее к делу приставил. Завтрак готовить. Завтрак, друг Мейсон, самая важная на дню еда, чтоб ты знал. Хотя при твоей манере просыпаться к ужину оно тебе без разницы.
Вот гонит. К какому ужину? Я просыпаюсь исключительно к сматыванию удочек, по, так сказать, производственной необходимости. Тут не до жратвы. Ладно, бог с ней, с клеветой, у нас более серьезные проблемы. В лице женщины на моей кухне. Хоть через окно удирай от подобного знакомства. Для обретения своего я предусмотрительно выбрал второй этаж, справедливо рассудив, что никакая неприятность не полезет сюда, не освоив предварительно первый. Правда, как-то не принял в расчет фона, которого такими мелочами, как скрипящая лестница, не остановить. Но второй этаж все равно круто. Вот только с аварийным выходом проблемы. Помню, в планах было вскопать под окном спальни клумбу, чтобы мягче приземляться, но Мик, которому я с этой целью вручил лопату, понял меня превратно и зачем-то выкопал целый котлован. Сокровища, кажется, искал. К соседям приезжал в гости реставратор из палеонтологического музея Гвадалахары, так он вбил себе в голову, что мы тут раскопали останки трицератопса. Три ночи подряд пытался подкрасться и заглянуть, презирая благословенное понятие частной собственности. Прямо не знаю, как они там, в Гвадалахаре, обходились, пока его самого реставрировали в окружной клинике. О чем это я? Ах да — теперь, сиганув через подоконник, будешь лететь до старости. Недоработка, однако.
Внизу свистнул чайник. Утих. Мик расплылся в блаженной ухмылке и пинком подогнал мне тапочки. Я поневоле уселся, потряс головой, пытаясь прочухаться. Похоже, расправы не избежать. Ладно, посмотрим еще, кто кого. Вот они и мои домашние штаны. Черные, как душа фона, шириной со штат Огайо и мятые до того, что опознать в них непосредственно штаны можно, только обладая незашоренным разумом. Мои, одно слово.
— Про галстук ты пошутил?
— Да как сказать, — фон повел плечами. — Можно бы и надеть, если, к примеру, он цветом вызывает желание поблевать. Если честно, Мейсон, не хотел бы я быть парнем, на которого она всерьез положит глаз. А ты хоть и очевидный с первого взгляда придурок, но никогда же не знаешь, на что бабы клюют. Так что, если хочешь, могу глаз подбить. В комплекте с твоей истинно гондурасской небритостью должно хватить. Правда, как показывает история, хватает далеко не всегда.
Это он прав. Это я и сам замечал. Потому и не бреюсь, хожу в мятых штанах и туплю по-черному. Что я буду делать, если на меня еще и мимохожие женщины начнут вешаться? Помните про казус с выпадением мне незаслуженных трендюлей?
Тем временем я собрался. Мятые штанцы, древние тапочки с протертыми мысами, на груди футболки застиранная до обесцвечивания черепашка-ниндзя. Отстой, короче. Авось не позарится. На всякий случай, не забыть расплакаться — для вящей надежности.
— Пошли. Лучше смерть, чем бесчестье.
— Серьезно? Я бы подумал.
— Это потому, что чести у тебя так и так нет.
— А разве бесчестье — не от честности? Вот уж чего точно не предвидится.
Ясно, этот филолог-самоучка первым идти опасается. Ну что ж, дом мой, мне и стены в помощь. Я пошел.
И я пошел.
…Первый свой шок я испытал, как и положено, — выдвигаясь в этот неустроенный мир из материнского чрева. Второй — когда над моим, в ту пору семилетнего пацана, ухом прозвучал проникновенный голос дяди-полицейского: «Очень осторожно дай мне эту пушку, сынок!..» Серия шоков пронизывает все мое бытие: когда я удачно, но неосмотрительно забрел в женский душ, когда Сенат запретил к продаже пистолеты с большой емкостью магазина, когда мама в темноте метко шарахнула меня парализатором (а потом, растерянно всплеснув руками, шарахнула повторно), и так далее. Короче, жизнь моя — один большой непрекращающийся стресс. И покуда жизнь продолжается, стресс тоже множится.
Создание, занятое кухонными хлопотами, оказалось девушкой откровенно восточного типа. Но… акселерация, господа мои! Где миниатюрные японочки времен Второй мировой, о которых так любят рассуждать наши с фоном деды, собравшись пошлепать картами?.. Вот передо мной — чуть ли не полные шесть футов, добавить вместо кроссовок каблуки — будет со мной вровень. Правда, у фона все подруги негабаритные. Вот была одна с кольцом в пупе и с цветной татуировкой на, простите великодушно, заднице… Она потом побрила голову налысо и покрасила все стены в своем доме в синий цвет — в знак протеста против вылова тунца, что ли… Так та вообще в дверь еле проходила. Причем по любому на выбор измерению. Любит Мик нетривиальности и не позволяет грубым телесным формам омрачать тонкое душевное восприятие.
Ну вот, рост ростом, а странности гостьи на этом только начинались. Так, оценивши слабо прикрытую спортивной майкой мускулатуру, я решительно развернулся и двинулся обратно — лечь и не просыпаться больше никогда. Женщина с бицепсами — уж лучше молоко с кетчупом. Но на пути торчал фон, личность достаточно монументальная и в столь тесном пространстве, где не больно-то махнешь ногой, практически несокрушимая.
— Вот и он, — сообщил Мик за мою спину. — Тот самый печально известный… гм… или известно печальный Мейсон. А это… — уже мне: — Не падай ты!.. И вообще развернись, это моя старая добрая знакомая Айрин.
Я покорно развернулся и вяло булькнул:
— Весьма!
И озадачился вопросом — целовать ли руку девице, которая, пожалуй, меня поднимет с не меньшей легкостью, чем я ее. Она-то вряд ли мне поцелует?.. К тому же она, наверное, феминистка. Не может не быть. И лесбиянка. И вообще трансвестит. Или нет?
Восточная девушка Айрин с прищуром — или без?.. — оглядела мою жеваную персону. Очень так прицельно оглядела, еще и пяточку притерла, словно бы собиралась сейчас ввалить мне с ноги в самую что ни наесть ранимую душу. Глупо и неоригинально. То ли я, правда, преуспел в создании отталкивающего образа, то ли что-то Мик им такое наплетает про мою скромную персону…
— Не надо, — предупредил я грустно. — И так боюсь.
И щелкнул зубами. Которые не отдраить никаким пепсодентом. Слишком много кофе, уверяет мой стоматолог. А кому легко?
— И не пробуй, — подтвердил фон, протиснулся мимо меня и плюхнулся за стол. — Если я ничего не путаю, последнего такого испытателя полдня от плиты отдирали.
А он орал, как сейчас помню, два раза полиция приезжала и один раз Гринпис. Больно, видимо, когда тебя к раскаленной конфорке прикладывают. А нечего меня обижать на моей же кухне.
Айрин и бровью не повела, но и наезжать поостереглась. Она нахально меня изучала. Я ответил взаимностью. Справедливости ради стоит отметить, что, в отличие от давно утративших чувство меры подиумных культуристок, она таки сохранила все атрибуты Истинной Женщины, и ежели на нее надеть что-нибудь с глобальными рукавами, то не всякий еще и испугается. Я, например, в любом случае буду покрупнее, и кто ж виноват, что к особям с лишними мышцами я отношусь предвзято? Фон, конечно. Это он дискредитирует всю породу качкообразных, отравляя мне жизнь. Тут, кстати, я вспомнил о предупреждении, ссутулился и постарался выглядеть погаже. Видимо, удалось, — Айрин никакого интереса ко мне не проявила, а сокрушенно покачала головой и вернулась к ворошению чего-то на сковородке. Вот и хорошо, а то я совсем забыл, как производить те хлюпающие звуки, после которых отношение женщины к тебе меняется на категорически материнское.
Я уселся рядом с Миком. Пусть меня обслуживают. Поимеем от жизни все блага. А о том, кто примчится бить мне морду за право общаться с этой Айрин, постараемся не думать. Какое-то подобие Лу Ферриньо упорно отказывалось покинуть подсознание, хотя и неясно, как там умещалось. Нет уж, это к фону, он тоже горазд протеин жрать.
— Айрин приехала из большого города Сан-Франциско, — сообщил Мик и добыл из-под стола пакет с чипсами. — Это вон там. Нет, вон там. Или нет? Ну да не суть. Для настоящей дружбы нет преград и расстояний. И топографического кретинизма. Угощайся.
Я угостился. Айрин что-то перемешивала на сковородке, стоя к нам спиной. У нее был широкий, армейского образца, кожаный ремень. Ниже ремня смотреть было исключительно приятно — ну хоть вой. Выше — бугрящиеся дельтовидные и трапециевидные мышцы крепко подрывали охоту выть, а равно и выказывать восторги иным образом. Никогда не пробуйте восторгаться задницей существа, которое берет становой тягой больше трехсот фунтов. Независимо от отношения существа — для вас это добром не кончится.
— У нее исключительные способности к языкам, — продолжил Мик меня просвещать под хруст чипсов. — Знает четыре штуки.
— Шесть, — поправила Айрин равнодушно. — Почти семь. На греческом только читаю.
— Почти семь, — согласился фон покладисто. — У нее аж два черных пояса. По тэквондо и по карате сито-рю. В чем разница — убей не пойму, но, наверно, так надо. В детстве, когда я был, если помнишь, хлипким подростком с треугольной мордочкой, она толкала гирю лучше меня. То есть могла ее толкнуть один раз, а я поднимал только до колена.
— Если семидесятку, то сейчас раз полста качну, — похвасталась Айрин по-прежнему безо всяких эмоций.
— Наконец обогнал, — порадовался фон. — О чем это я? Ах да. Чем занимается — мнется и зажимает. Не иначе, как шпионит. Может, даже для обеих Корей сразу, а то больно уж хитрая физиономия. Что бы тебе еще сказать хорошего? Про задницу, вижу, нет смысла — ты и сам ее разглядел и прямо даже взглядом пробуравил. Айрин, вот Мейсон интересуется, как ты насчет анального секса? Угощайся, Мейсон.
Айрин не возмутилась. Правда, и не ответила. То ли не поняла, то ли, наоборот, поняла, то ли ей было глубоко плевать на интересы Мейсона. Я убедился, что битья не будет, убрал руки с головы и угостился. Хорошие чипсы, со сметаной и укропчиком.
— Тарелки есть? — осведомилась Айрин вместо ожидаемой мною реакции.
Где-то были, но потом фон приволок дедов бокфлинт от Меркеля, и какая-то сволочь упомянула при нем про стрельбу по тарелочкам… Нельзя же с ним так, он все всегда буквально понимает!..
— Нет, — ответствовали мы хором и посмотрели друг на друга обвиняюще. Так, а на меня за что? Я давным-давно не стреляю ни по чему, что нельзя перепутать с вооруженным агрессором.
Ах ну да. Я — та сволочь, что упомянула…
— Ясно. Налетайте по-свински.
Ух ты. Понятливая и покладистая. Может, не надо ее так уж опасаться? Во всем есть свои приятные стороны. В Айрин их даже не меньше двух. Плюс ко всему семь языков и два черных пояса. Никаких тебе языковых барьеров, и от хулиганов защитит. Да с ней пойти — никто и не пристанет.
Сковородка плюхнулась на середину стола. Какое-то, наверное, экзотическое блюдо. По крайней мере, не то единственное, что готовит Мик: холодная (и почему всегда холодная?) отварная картошка и тушенка — свинина пополам с огнеопасным перцем. Сам я не готовлю из принципа. Мне лень.
— Налетай, подешевело, — возрадовался фон. — Трескай, Мейсон, и начинай ценить нашу корейскую кухню. Это называется… Как это называется, Айрин?
— Тушеный рис, — вежливо подсказала Айрин.
— Я так и думал. Видишь, Мейсон, как корейский язык похож на английский? Тушеный рис — и у них тушеный рис. Это я к тому, что все люди братья, кроме эфиопов, мормонов из Небраски и дорожной полиции.
Что-то он сегодня многовато болтает. Не к добру. Я взял вилку и отведал. Неплохо. Если Айрин завязала с толканием гири, то может выгрести мусор из любой комнаты и занять ее на недельку. А если научит фона тушить рис и ругаться на семи языках, я ей даже куплю пончик или там мороженое. Только пусть не воображает — чисто по-дружески!
Рис оказался блюдом весьма завлекательным, рассыпчатым и не лишенным аппетитной поджаристой корочки. Все-таки чего-то да стоит многовековая культура, построенная на культивировании пхансори и драках с японцами! Фон по соседству издал утробное урчание схожей одобрительной направленности. И даже в раскосых глазах Айрин затеплилось какое-то загадочное чувство, нам, мужчинам, недоступное в принципе: ну неужели же можно с такой теплотой во взоре наблюдать, как два здоровых бугая уничтожают то, над чем ты только что с таким прилежанием трудилась?.. Наверное, это и есть пресловутый материнский инстинкт. Причем в нереализованной форме, ибо знакомая многодетная тетка, повариха в близлежащем бистро, обычно впадает в истерику, когда мы являемся к ней трапезовать. Итак, рис захрустел на зубах, пробуждая все то разумное, доброе и вечное, чем природа в своей неизъяснимой щедрости нас нашпиговала: одобрительное урчание в недрах фона оформилось во что-то из раннего Джо Кокера, а мы с Айрин скрестили потеплевшие взгляды и принялись высматривать друг в друге приятное. Идиллия, ага. Правда, все приятное, что мне удалось разглядеть в нашей гостье, оказалось упаковано, помимо майки, еще и в устрашающего вида черный бюстгальтер. Да и ей, судя по гримасе, в поисках повезло не больше. У меня же на лбу не написано, что я хороший. Хотя, возможно, стоит задуматься о такой отметине. Тогда, по крайней мере, незрелые умом маниакальные почитательницы образа «плохой парень», с которыми упорно дружит Мик, перестанут донимать предложениями ограбить винный магазин.
Завтрак мы разделали в две вилки до обидного легко, я даже призадумался о том, что иногда рано вставать полезно, чтобы урвать от жизни такую вот нежданную радость. Мик замыкал сковороду под стол, чтобы не пришлось мыть, вытащил из шкафчика банку с кофе, и вот тут-то у нас начались проблемы.
Первая из них позвонила в дверь, и Айрин содрогнулась. Вот тебе на. Меня она, значит, совсем не боится и даже готова стукнуть при встрече, а от обычного звонка трясется. Странно это. В моем доме самое страшное, после паука в чулане, — это я. Но есть в этом содрогании и доля истины. Приличные люди в мою дверь не звонят. Они вообще обходят мой дом за милю. Почему-то. Или уж вламываются без звонка, с воплями: «Всем стоять, ПОЛИЦИЯ!!!»
— Ждем еще кого-то? — осведомился я у Мика. С него станется открыть у меня на кухне симпозиум раскачанных теток. А может, это тот призреваемый мною Лу Ферриньо. Тогда фону и открывать. Пока они будут толкаться своими анаболическими анатомиями между стеной и вешалкой, я успею добежать до канадской границы и вернуться с циркулярной пилой, против которой поди еще подбери аргумент.
— Неа. И так перебор процентов на…
Мик мучительно уставился на Айрин и даже попытался посчитать на пальцах, однако считать до одного оказался не горазд, так что замолчал и обиженно задвигал ушами.
— А ты? — поинтересовался я у самой Айрин.
— М-может быть. Надеялась не дождаться…
— Все так плохо?
— Лучше не открывать.
— Тааак! — подхватился Мик с энтузиазмом. — Я пошел?
Ну вот еще. С такого козыря сразу ходить — даже не смешно. Попробуем-ка мы сперва по-хорошему.
— Я пошел. Ты прикрывай.
— Зер тут, — подытожил фон и полез в чулан. Во дает. Совсем паука не боится, это ж надо.
Я прошествовал к двери, на ходу приглаживая волосы. Оказии — они разные бывают. А вдруг… Нет, я все понимаю, вряд ли, чудес в природе давно не бывает, но — вдруг?.. Надежда умирает последней.
Я открыл входную дверь.
«Надежда» умерла в жутких конвульсиях. Передо мной стоял сумрачный тип латинского происхождения, лет эдак сорока, на вид так еще гаже меня, в инвалидного покроя костюме и галстуке типа «на спор надел». Если бы на него какнула птичка, я бы нимало не удивился. Эту птичку немедленно канонизируют, а в ее птичьем раю признают парагоном и выдадут целую корзину вкусного хлебного крошева за финальную реализацию самого нечистоплотного птичьего предназначения. В общем, дрянной человечек пришел, совершенно несимпатичный и даже в какой-то степени идиот, ибо явно не рассчитывал столкнуться со мной.
— Эээ, — выдал он глубокомысленно.
А кого, интересно, ждал? Зорро? Вчера пусть приходит — я здесь живу.
— Дайте догадаюсь, — сказал я. — Вы Свидетель Иеговы или продаете тальк от блох. Кучи чемоданов с тальком не вижу. Итого — вы Свидетель.
— Чего? — уточнил собеседник отвлеченным тоном.
— Вынужден отказаться вступить в ваши ряды, но, может быть, возьмете буклет Кришны, корешок от билета на самолет и… и… и картинку «Раскрась сам»? (Чего только не валяется у меня на тумбочке в прихожей). — Всего за два доллара познаете тайны индуизма!
Кстати, суперпредложение. Туева хуча тайн за два паршивых доллара. В следующий раз надо просить червонец, не меньше.
— Не, — латин собрался с мыслями. — Не верю я в этого…
— Да Кришне по фигу. Главное, буклет купи. Половина сборов пойдет в Фонд сохранения дельфинов, честно-честно.
Ну ладно, пусть не так уж и честно. Не в этом суть. Первое правило безопасности — не упускай инициативу. Упустил — и латин прошмыгнет мимо, выпьет твой кофе, сожрет твои чипсы, там же на кухонном столе поимеет твою (или как минимум местную) Айрин, впарит тебе за два доллара буклет своего Кришны и будет таков. И, смею вас уверить, дельфины с тех двух долларов хрен чего получат. Так не пойдет. Эх, знать бы, где его чипсы, и Айрин!.. Нет на свете ничего эффективнее превентивного коврового бомбометания.
— Ты, короче, кто?
Ого, да он пошел в атаку!
— Я? Ну ты даешь, темнота! Я Штолтехейм Рейбах Третий, известный косметолог. Ай-кью под три сотни. И это… голубой. Заходи, красавчик, поработаем над твоим имиджем.
Видели бы вы, как он стреканул. Ошибся я, наверное. Нету ему сорока. Не живут идиоты по стольку. Научно признанный факт.
Я прикрыл дверь и посмотрел в глазок. Латин проворно отступил до проезжей части и тут, видимо, смекнул, что остался с носом. Я вообще-то тоже ничего не понял, но у меня есть Айрин, и пусть она только попробует утаить пару битов информации. А он помялся немного да и побежал вприпрыжку куда-то по улице. Ну и скатертью дорожка. Однако с гнусным имиджем я перестарался, раз даже такой изнуренный компадре дернул без раздумья.
Я двинулся обратно на кухню и за первым же поворотом повстречался с Миком. Чудо природы вооружилось — ни больше ни меньше! — помповым ружьем! Неужели собирался палить из него в узком коридоре? Шпиговать, значит, мою драгоценную персону картечью. Маньяк. Учишь его, учишь, и все равно в ответственный момент ему проще проломить стену кулаком, нежели вспомнить, с какой стороны у гранатомета снимается защелка предохранителя. А в чулане у нас, оказывается, полно всякого забавного! Я-то думал, он шваброй ощетинится.
— Эк ты его, — сказал фон с уважением. — Прямо с родным джорджианским прононсом.
— Ружье заряжено?
— Не знаю.
— А если бы он меня пристрелил?
— Хмм. Тоже не знаю. А он мог?
— Не знаю. — Могу я, в конце концов, тоже прикинуться ветошью?
Айрин стояла посреди кухни с настороженным видом, совершенно невзначай положив лапку на рукоять мясного тесака. Здоровенного такого, знаете, тесака, Мик им порой в пинг-понг играет со стенкой. Апельсинами.
— Тоже ничего не знает, — авторитетно заявил фон Хендман. — По глазам вижу. По хитрым узким глазам.
— Кое-что знаю, — огрызнулась Айрин, но что именно знает — не сообщила. О, эти женщины! Вечно их приходится уговаривать. Даже если им предмет обсуждения нужнее, чем тебе. Никакой жизненной справедливости.
Я уселся на прежнее место, подтащил к себе чашку с кофе (надо же, налить не забыла. А нервишки-то у нее покрепче, чем пытается показать) и предложил:
— Положи нож и начинай говорить, пока нет жертв.
— А то они начнутся, — добавил Мик и тоже сел, небрежно прислонив ружье к стенке. Ух какое хорошее ружье-то. Классический винчестер времен Первой мировой, даже пылью обрасти не успел… Откуда взялось? Похоже, опять в мое отсутствие приезжала мама и убиралась, как это у нее называется. Или, вернее, шарила по комнатам, стирала защитное пылевое покрытие с найденных вещей и складывала их там, где им, по ее мнению, будет лучше. Однажды я нашел в морозилке обледеневший пистолет. Это она вычитала в каком-то псевдоисторическом бабском романе, что самое благородное оружие — холодное.
Айрин присела нервно — на краешек стола. От тесака далеко не отодвинулась. Неужели серьезно верует в него, как в способ оградиться от неприятностей? Загадочная женская душа. Стоило являться в гости с такими настроениями!
— Это был молодой парень… — замялась, словно бы решая, готовы ли мы к ужасающей реальности ее рассказа. — С мечом?
С мечом? Хм. Не поспешил ли я с предположениями насчет ее нервов? Интересно, а мог ли тот латин прятать под кургузым пиджачком меч? Вряд ли. Да и на молодого парня никак не похож.
— Ты факты излагай, — мягко наставил ее Мик.
— Да их не вдруг и изложишь… Даже для тебя они странноваты, чего уж там, будь это такое кино — плюнула бы в экран и деньги вернуть потребовала, потому что такого не бывает, так что даже не знаю… В общем, я же врать не буду, ты же знаешь! Только пообещайте, что не будете в психушку звонить.
Сейчас помрет от скромности. Или от чего-нибудь более весомого. Я и сам все время влипаю во всякое разное, чего не бывает. А тут из меня еще пытаются сделать слепого агента. Сперва — «в психушку не звони», потом — «сделай то и это, после объясню зачем, а пока просто поверь…» И не успеешь опомниться, как Айрин отбывает на Гавайские острова с чемоданом баксов, а ты остаешься в занюханном калифорнийском городке с копами на хвосте, пулевым ранением, океаном штрафов за неоплаченную парковку и обострением геморроя. Не люблю — ну то есть очень. За само допущение того, что этот фокус тут пройдет, Айрин надо бы перекинуть через колено и лупить по попе, пока она не изложит всю биографию свою и того парня с мечом плюс полный набор неприличных слов на шести устных языках и письменном греческом. Только для этого неплохо было бы, чтобы ее габариты стремились к нормальным. А то еще кто кого перекинет. А ружье, сдается мне, все-таки не заряжено.
— Готовится наврать? — полюбопытствовал Мик. Хотите верьте — хотите нет, а проблески гениальности у него порой случаются.
— Нет, — поспешно отмазалась Айрин. — Просто не знаю, с какой стороны подойти. Такого вы и сами никогда…
— И потому ты нам лапшу вешаешь? Айрин, я либерал, ты ж знаешь. Но вот Мейсон… Он терпением не знаменит.
— Это он прав, — не могу не признать. — Так что выкладывай все по порядку, без поправок на то, что мы видели, а что нет. Мы много чего видели, особенно фон — он в каждой стенке дыру провертеть норовит, «вуайеризм» называется. Так что или излагай сухие факты, или выметайся. Мне проблем хватает с одним парнем в черном.
— Это с которым? — Наивный фон повертел головой и даже заглянул под стол. По сути, ему бы надо выставить обратный ультиматум. А то делает фигни на три смертных казни, а врет на все восемь. Никаких нервов не напасешься.
— Черт побери! — Айрин распахнула глаза так, что, покрась еще волосы в синий цвет, выйдет чудо какая анимашка. — И это называется — друзья?
А что ей, интересно, не так? И вообще — что у женщин за самомнение? С чего она взяла, что, потолкавши одну с фоном гирю, она враз обрела право использовать его, а с ним и меня, в своих темных целях? Мик вообще не способен на чувство признательности. Это надо знать.
Пока Айрин старательно изображала возмущение, в дверь опять позвонили. Ага-ага. Мой друг Панчо Вилья обмозговал ситуацию либо получил соответствующие инструкции от начальства. Не исключено, что теперь он стоит под дверью с большущей пушкой, проклятый гомофоб. А наше ружье Мик не зарядил. И я не зарядил. Не зарядили мы ружье, вот же ведь незадача.
— Теперь-то моя очередь? — мячиком подпрыгнул фон. Ну у него и рожа. От такой латин пробежится до самой исторической родины, благо недалеко. Я прихватил ружье (все лучше, чем ничего) и побрел следом. О, моя утраченная свежесть, буйство глаз, половодье чувств и немалый энтузиазм в избиении непрошеных гостей голыми, можно сказать, ногами! Чего не осталось, того не осталось. Заглянул в патронник. Точно, пусто. Отстой на марше.
Я остался за углом, а Мик, высвистывая что-то наподобие «Интернационала», бодро прошествовал к двери и открыл ее.
— Э-э-э…
Где-то я это уже слышал. И голос знакомый.
— Давай, — потребовал фон Хендман знаменитым хмурым тоном парня, вынужденного под проливным дождем заниматься парковкой велосипедов. На общественных началах, то бишь задарма.
— Чего?..
— Очень смешно. Бабки принес? Давай сюда.
Что-то отчетливо скрипнуло. Латинские мозги?..
— Какие «бабки»?
— Слушай, Энрике, не зли меня.
— Я не Энрике! — Ого, да это прозвучало чуть ли не категорично. Впрочем, оно и понятно. Готов поспорить, что он Рамон.
— Да знаю я, ты Гюнтер Шварцваальден, чемпион мира по бегу с косяком от правосудия. Какая хрен разница? Гони деньги и проваливай.
Скрип-скрип. Чего ж я ему буклет… ему вентилятор надо было впаривать. Где-то тут у меня кулер от процессора валялся — машина-зверь, слона сдует. Хотя самому еще пригодится. Тут порой, знаете, как жарко становится?..
— Эй, амиго! Я тебя не знаю.
Умнеет на глазах. А все чтобы денег не отдавать. Какая все-таки страшная сила — меркантильность.
— Я тебя гоже, — упорствовал Мик, тоже личность до денег жадная. — Уж не хочешь ли ты сказать, что денег не принес? А на хрен тогда явился?
— Мне нужна девка!
Оно совершенно понятно, но, честное слово, при его-то данных надо было соглашаться на «голубого косметолога». Тем более что у того ай-кью зашкаливал. Такой шанс — раз в жизни.
— Вижу-вижу, давно нужна. Так тебе дальше по улице. Вон туда, направо, куда пикап едет, видишь? Восемь миль по прямой до побережья, там девок — попой кушай. При умелом подходе даже и бесплатно, хотя на твоем месте я бы не особо надеялся. Но сперва отдавай мои тридцать сотен.
Это он, пожалуй, хватил. Чтобы не отдавать три тысячи полновесных, хотя и качнутых атакой евры долларов, Рамон запросто пригонит грузовик с полудюжиной обкуренных автоматчиков. Если только он недобросовестный почтовый клерк, пытающийся доставить Айрин извещение о наследстве.
То ли денег у Рамона, правда, не было, то ли он поленился бежать за автоматчиками, а только что-то шурхнуло, а потом — БАЦ! Не успел я вывернуться в коридор, как дверь уже захлопнулась. Что я успел, так это подхватить валящегося на меня латина. Вот еще новости, обниматься с каждым. Держать одновременно и его, и ружье было неудобно, поэтому гостя я уронил.
— И зачем он нам тут?
Мик удивленно похлопал глазами.
— Допросим.
— Допросим мы Айрин. А если за ним сейчас пол-Мексики сбежится?
— Ну, извини, растерялся. Чего он сразу за ствол? Если бы я его туда уронил, он бы чего доброго стрелять начал, когда очухается. А так — чинно и благородно: вот он, вот орудие…
Орудие и впрямь валялось тут же у двери — довольно грозный револьвер с коротким стволом. Из такого я бы не взялся стрелять, иначе как в упор, зато уж если попадет… Меча не видать. И от таких вот доморощенных крутков шарахается наша Айрин? Впрочем, от них ли?.. Немолод наш латин, что отчетливо видно даже через заливающий левую половину лица фиолетовый кровоподтек. Завалил все тесты на бытность кошмаром нашей гостьи.
— Выгрузить? — Мик ухватил латина за пояс и приподнял над полом. Упражнение такое есть — становая тяга. Рамон завис, метя руками и коленями пол.
— Ладно, оставь. Вдруг пригодится.
Я вручил фону в свободную руку ружье и двинулся наверх. Пора расчехлять огневую мощь. Просто на всякий случай. Бедняга Рамон за моей спиной, судя по бряку, опять упал на пол. Надеюсь, фон догадается его связать. Если сбегутся спасатели, нам станет не до него.
В комнате у меня, как всегда, бардак. Хоть проводи соревнования по ориентированию на местности. Зато я всегда знаю, где что лежит. Например, мой любимый пистолет хранится в первом ящике стола. Опаньки. Должен храниться в первом ящике стола. Так вот нет же. В тумбочке? Нееет. Точно нет. Под подушкой? Давно бы пристрелил фона, спросонья я резок. Нету. И в дверь опять позвонили. Чем там, любопытно, Мик занят.
По лестнице я спускался с пустыми руками и тяжелым сердцем. Вот так и пристрелят когда-нибудь. Хорошо еще, если в сортире без штанов не прихватят. А револьвер Рамона так и остался лежать у порога. Я подошел к двери, стараясь не шлепать тапками, и подобрал его. Тяжелый, зараза, неудивительно, что былой владелец его такой перекошенный — поди такое чудовище потаскай на себе. В барабане недвусмысленно отсвечивали серым свинцом тупые оголовки пуль. «Магнум-41». Ишь ты, крутость. Грязный Джерри, хе-хе. Глянул в глазок — глупо, но эффективно.
Да уж. Если тип на крыльце не из одного сундука с нашим Рамоном, то я, безусловно, арабский террорист. Вот только зовут его, наверное, Хуан-Карлос. И выглядит он еще хуже своего предшественника. Еще бы, когда тебя держат в удушающем захвате, не особенно заботясь о твоем выживании, невольно приобретешь скорбный вид. Я открыл дверь, оставив руку с револьвером под ее прикрытием.
Усатый малый, одевающийся в одном с Рамоном бутике, по степени аморфности как раз пытался обогнать мешок кукурузы. А локтем под горло, безжалостно выдавливая из бедняги остатки жизни, его держал предсказанный молодой парень с мечом. Рукоятка меча — причем не замурзанной деятелями от Голливуда катаны, а вполне такого внушительного прямого европейского меча — непринужденно торчала из-за плеча. Юноша — едва ли ему можно было дать больше восемнадцати — смотрел на меня честными и даже какими-то добрыми глазами. Смотрел и, кажется, собирался вручить мне придавленную тушку.
— О, — изрек я по мере возможности благожелательно, дабы не спугнуть загадочное видение. — Мы ничего такого не заказывали. Вот если бы блондинку с формами…
— Извините, — стушевался юноша и элегантно уронил тело в сторону от крыльца. — У него было оружие, и я подумал, что… — Он скис окончательно.
Здоров был парнишка, ничего не скажешь. Как-то не по-доброму здоров. Это не наши с фоном и Айрин штангово-тренажерные мышцы. Немного повыше меня, жилистый, какой-то, я бы сказал, змеиной статью славный. Уж на что я не дурак подраться, а с этим бы, пожалуй, не рискнул, даже если меч отложит. Неправильный он был какой-то, неясный, непонятный. А с непонятным — последнее дело…
Помимо меча, ничего средневекового в нем не наблюдалось. Одет достаточно заурядно — джинсы, клубная куртка, могучие армейские бутсы-дерьмодавы. Ну волосы еще странные — седые или вроде того, длинные, впрочем, я и сам в нерабочий сезон не стригусь…
— Ничего-ничего, — откликнулся я, решив не смущать странного субъекта, пока все не будет выяснено и кому положено воздано. — Чем могу быть полезен?
— Мисс Ким дала мне этот адрес. Она сказала, что будет разговаривать со мной здесь, в присутствии своих авторитетных знакомых.
Не знаю я никакой мисс Ким, если только он не имеет в виду Кимберли из средней школы. Но, по счастью, интеллект не пропьешь. Очень подходящая фамилия для Айрин. Ох, надеюсь, что так оно и есть. Потому что если подразумевается-таки школьная знакомая, то принимать ее, наверняка вместе с очередным мужем, — задача, которая приводит меня в состояние известного озверения.
— Прошу, — я посторонился. — Как раз вас ждем. Джеральд Мейсон, один из…
— Из?.. — озадачился парнишка.
— Из авторитетных.
— О. Ну да. Я… меня зовут Элинхарт. Это имя, я понимаю, для вас звучит странно…
— Ничуть, Эл. Вон там через улицу живет парень по имени Руфус, а через два квартала в кафе повара зовут Виго, но вот фамилия у него Хрен-Там-Запомнишь-Как-И-Что-То-Еще, а на конце «илиафиано». Так что не шокируешь. Заходи, по коридору направо и далее до кофейника.
Эл покладисто протиснулся между мной и вешалкой и отправился в путь. Ох, далеко ему идти — кофейника-то у меня и нету. Кстати, в тот момент, когда он прошмыгивал и ввинчивался в коридор, оказавшись где-то на периферии моего зрения, у меня вдруг возникло отчетливое чувство, что сейчас он застрянет, зацепившись сразу за обе стены и потолок. Панически обернулся — нет, ничего, вписался за милую душу. Интересно как. Неужели расстройство психики, привнесенное в мой дом фоном на заре нашего с ним знакомства, пошло на новый виток? Или пить я опять бросил чересчур резко?
Выглянул наружу. Латин лежал бесформенной грудой и с натужным сипением втягивал в себя воздух. Вот так порой в жизни и случается — никогда не угадаешь, чей глюк с непроизносимым именем прихватит тебя посреди белого дня за самое неожиданное место.
Через дорогу Билли, заведующий тележкой с хот-догами, лупал очумелыми глазами.
— Эй, Джерри! — оживился он при виде моей расчудесной персоны. — Какого черта? Тот парень у меня сосиску купил! А твой друг ему в печень и придушил еще, я все видел! Что за манера, мать вашу, отбивать клиентуру?!
«Отбитая клиентура» издала слабый булькающий звук. Ох, не пойдет ему впрок та сосиска. Да, кстати. Вроде ел только что. То ли не досыта, то ли это нервное, но сосиску бы я скушал. Билли готовит отвратительно, но все же лучше фон Хендмана.
Шагнул я было с крыльца, но тут же передумал. Во-первых, дорожка была пыльная, а тапочки дырявые. Во-вторых, завидь меня кто-нибудь гуляющим с большим револьвером, как тут же пойдут слухи, что Мейсон опять то ли устроил войну с сопредельным штатом Невада, то ли стрелялся из-за бабы. А с такой репутацией очень непросто жить в обществе, где абсолютный рекорд вольнодумия — воспоминание на тему «как я курил травку в колледже». В-третьих, на ближайшем углу топтался некий унылый типчик. Может, ждал девушку из соседнего спортзала, где как раз проводятся занятия для желающих похудеть. А может, это Рамон номер три. А за углом еще три по восемь и четыре снайпера на окрестных крышах. Нет уж, дудки. Плюс флюиды в воздухе откровенно гадостные. Я на всякий случай послюнил палец и попробовал поймать ветер. Мертвый штиль. Вот и не будем выпендриваться, не зная, откуда ветер дует.
Билли наблюдал за мной с опасливым уважением, как за буйнопомешанным. Можно его попросить принести сосиску сюда. Билли не откажет. С одной стороны, мы друзья, я всегда у него питаюсь, когда Мик достает своей тушенкой. С другой, Билли — щуплый черный паренек и до содрогания боится могучего злобного фон Хендмана. А с меня станется отрядить за едой последнего. Ну и, наконец, печальная судьба последнего клиента не может не отразиться на популярности продукта.
— Давай сюда, — я махнул рукой. — Отсюда поторгуешь. Тащи телегу.
С той стороны улицы Билли стоит под каким-то жутким навесом, ну да ничего — авось не обгорит.
Я прикрыл дверь. Занятно начинается денек, нечего сказать. Когда я в последний раз видел парня с мечом? Года три тому. В телевизоре. Потом фон спросил, что будет, если он сделает вот так. Сделал так… Громыхнуло, телевизор сгорел, и больше парней с мечами мне не попадалось. Может, у него еще и кольчуга под курткой «лейкерс»?
Пошлепал на кухню.
Там определенно царило то, что называется теплой атмосферой тесного сотрудничества. По крайней мере, стало не повернуться, и обстановка накалилась. Эл замер статуей в углу у раковины, буравя Айрин немигающим удавьим взором. Та, напротив, таращилась в пол. Либо в ступоре, либо измышляет, что еще навесить на мои уши. Надоело. Прибегну же к жестоким мерам, не посмотрю на габариты. Или просто выгоню, еще и Рамона дам для компании. Он мирно лежал под окном и неспешно приходил в себя. Руки ему завернули за спину и сцепили наручниками. Занесите в протокол — наручниками из моих запасов, пластиковыми, женского размера — ну вы понимаете. Сколько еще выводить из фона гадкую привычку шарить по моим заначкам?.. А из меня — разбрасывать вещи где ни попадя, по месту последнего применения?.. Наконец, сам Мик сидел на полу и, напрочь игнорируя экзотического гостя, перебирал ключи на своей большой связке. Перед ним стоял металлический чемоданчик — как же, помню, там внутри много всякого хорошего. Хорошо бы ключ нашелся, не переть же через весь город за автогеном.
На меня никто даже не взглянул. Прямо обидно. Я же вроде тут главный.
— Итак, — сказал я. — Начнем наш коллоквиум. Айрин, изложи свой вариант видения событий. Постарайся избежать откровенного вранья и оффтопных отступлений и при этом вписать в рассказ нас с фоном, Эла с мечом и пару как минимум злых мексиканцев.
— Это он, — обреченно объявила Айрин и пальцем обозначила Эла, чтобы ни у кого не возникло сомнений. — С него все и началось. Приперся посреди ночи и ну грузить, что жизнь моя в опасности, а потому надлежит мне с ним вместе отправиться черт знает куда… Нет, вы мне скажите как люди разумные: такое можно себе вообще вообразить, а?
Если под людьми разумными она, паче чаяния, имеет в виду нас с Миком, то ответ будет — да. Воображение — наше все. Или как минимум наше многое.
— Твоя жизнь, женщина, и правда в опасности, — обиделся Эл. — Вот видишь его? Он наверняка послан по твою душу.
Рамон его слов не подтвердил, но и не опроверг. Он лежал себе в благостном отрубе. Или прикидывался, что с его стороны было донельзя разумной тактикой.
— Этот? — взвилась Айрин. — Да таких я… Да лучше семь таких, чем один ты!
— Чем лучше? — поднял глаза Мик. — Нет, что количественно — это я разумею, но это не аргумент никакой! Эл большой и экзотичный, а Педро маленький, вонючий и уже успел получить по морде.
Да, от самого фона. Как будто хоть кто-нибудь не успевал. У него это быстро.
— Намек на семерых мне совсем не нравится, — подумал я вслух. — Там еще один, проблем с ним никаких, но если остальные пятеро как раз заряжают автоматы Калашникова, то я буду решительно против. Ремонтные работы нынче накладны.
— Они придут за тобой рано или поздно! — рявкнул Эл на бедолажку Айрин сильным и звучным голосом. — Бежать от опасности нелепо и бесполезно!
— Это он прав, — признал фон, опять уходя в ковыряние замков на чемодане. — Побежишь, споткнешься, тут-то опасность тебя за задницу и сцапает.
— А ты, значит, рыцарь на белой кляче? — взвилась Айрин и прямо-таки подалась на Эла всем своим внушительным фронтом, чем повергла его в некоторое замешательство и даже заставила, шарахнувшись, распластаться по стенке. Хыыы, занятно. Готов поспорить, перед бульдозером он не спасовал бы. А говорят — молодежь пошла развращенная! То ли врут, то ли он из той ее ренегатской части, которая что-то не то выбрала.
— Минуточку внимания! — Я постучал рукояткой револьвера по столу. — Спасибо. Давайте не отвлекаться, ладно? А то правда станет поздно, и придут за Айрин какие-нибудь враги, а мы все еще не разобрались, кому давать по физиономии. Продолжай, Айрин. Посреди ночи к тебе пришел Эл — так?
— Ты была голая? — уточнил прозаичный фон и сломал о замок отмычку.
Айрин смерила его уничижительным взором.
— Пришел он и правда ночью. Было душно. Очень. Буквально давило. А он появился, замахал своей железякой, дышать стало легче…
Эл с гордым видом повел плечами.
— …и ну нести полную хреновню про то, что на меня охотятся адские силы!..
— Я так и думал, — ввернул фон. — Адские силы — это, кстати, самое разумное объяснение. Эй, Чико, снимай парик, я знаю, ты рогатый.
— Это не те адские силы! — вступил трубным басом Эл. — Этот человек не оттуда, он из этого мира. Но Тени, которых я вовремя успел сразить, были…
— Да знать я не хочу тебя и твоих Теней! — завизжала Айрин в неподдельной ярости. — У нас тут такие адские силы кондиционером гоняют! Тоже мне, Копперфильд! Воздух рубит, а с меча кровь струями!
— Это Тени, адские твари! — заревел в ответ и Эл.
— Долой! Долой! Долой! — подтянул и фон, никогда не остававшийся в стороне от общего гомона. — Айрин, заткнись, моя радость, хлебни лучше коньячку, у Мейсона там где-то есть!
Ах он гад! Все-то он знает. Хорошо хоть не маме моей ябедничает. Она до сих пор свято верит, что я не пью, не курю, деньги на ее вояжи зарабатываю, торгуя энциклопедиями, а та бандитская морда, что пыхтит над замками чемодана, играет в бейсбол в высшей лиге. По счастью, фантазии ей не хватило, чтобы верно интерпретировать его нежную дружбу с битой.
— Пошел ты! И Мейсон твой пошел, и коньяк его!
— МА-А-АЛЧАТЬ!
Ух, какой я бываю громкий. И убедительный. Сам замолчал...


Скачай бесплатно и читай дальше:






Нравится

В нашей библиотеке можно

скачать «Читать онлайн Сергей Чичин. Отстойник» бесплатно и без регистрации

по ссылкам, указанным после аннотации. Наслаждайтесь любимыми фантастическими, детективными, приключенческими и любовными романами!


Не уходите, возможно Вас заинтересует и другая литература, имеющиеся у нас:

Елена Колина. Про меня Скачать Елена Колина. Про меня бесплатно
Елена Колина. Про меня Может быть, вам кажется, что я плохая, что я должна быть невинным ребенком, а я - самая настоящая опытная женщина? Но у меня...
Читать онлайн Даниэль Глаттауэр. Все семь волн Скачать Читать онлайн Даниэль Глаттауэр. Все семь волн бесплатно
Читать онлайн Даниэль Глаттауэр. Все семь волн Через три недели Тема: Привет Привет! Через десять секунд RE: Внимание! ДАННЫЙ АДРЕС БОЛЬШЕ НЕ...
Читать онлайн Екатерина Вильмонт. Танцы с Варежкой Скачать Читать онлайн Екатерина Вильмонт. Танцы с Варежкой бесплатно
Читать онлайн Екатерина Вильмонт. Танцы с Варежкой ГРИМАСЫ ФОРТУНЫ Интервью Корр.: Добрый день, Варвара! В.Л.: Здравствуйте! Корр.: Варвара,...
Читать онлайн Екатерина Вильмонт. Артистка, блин Скачать Читать онлайн Екатерина Вильмонт. Артистка, блин бесплатно
Что может быть уютнее заснеженного альпийского городка? Остатки рождественского убранства придают всему особую волнующую прелесть, многочисленные...
Читать онлайн Стефани Майер. Сто лет спустя Скачать Читать онлайн Стефани Майер. Сто лет спустя бесплатно
Странные непонятные чувства нахлынули на меня. Все здесь напоминало мне о моем прошлом. Конечно, это уже не тот Форкс, каким он был лет 100 назад, но...


 
Уважаемые посетители! Если Вам не удалось скачать «Читать онлайн Сергей Чичин. Отстойник» по причине нерабочих ссылок, сообщите об этом нам. Укажите название произведения или просто скопируйте заголовок книги. Мы их восстановим.

Разместил:    

Надеемся Вам понравилось у нас, и «Читать онлайн Сергей Чичин. Отстойник» доставит Вам удовольствие, скрасив Ваше свободное времяпрепровождение. Заходите к нам еще, у нас большой выбор новинок!


Оставьте свое впечатление о Читать онлайн Сергей Чичин. Отстойник
Добавление комментария

Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Код:
Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код
Введите код:




 
Логин:
Пароль:
 
 
Рассылка о новинках на E-mail

Введите Ваш E-mail:




   
Аудиокнига, аудиокнига скачать бесплатно, аудиокниги, аудиокниги детективы, аудиокниги для планшета, аудиокниги фантастика, боевик, детектив, женский роман, Книга, Книги 2015 года, Книги 2016 года, любовный роман, Приключения, проза, психология, сборник, скачать аудиокнигу, скачать книги бесплатно txt, скачать книги для планшета, скачать книги на планшет, скачать книгу, современная проза, триллер, фантастика, Фантастический, фэнтези

Показать все теги